В интервью информационному агентству «Интерфакс» глава РАН рассказал о работе Академии на современном этапе и о том, насколько важным стало для нее военное направление.
![Президент РАН Геннадий Красников «Несмотря на все трудности, мы развиваемся!» 1-1.jpg (jpg, 38 Kб)](/FStorage/Download.aspx?id=aece5524-8a28-4c59-9f3a-551ede258051)
РАН не может остаться в стороне от современных вызовов
Корр.: В наших беседах затрагивались темы роли РАН на современном этапе, а также наиболее актуальных и значимых изменений в работе как самой Академии, так и научных институтов. Буквально накануне инаугурации Президент России Владимир Путин утвердил перечень поручений, касающихся вывода Высшей аттестационной комиссии из системы Минобрнауки и передачи ее в Академию наук. Безусловно, вопрос о переподчинении ВАК из системы Минобрнауки в состав Российской академии наук имеет серьезное значение для всей научной общественности.
Однако мы начали разговор с темы, касающейся всех граждан: о роли РАН на современном этапе жизни страны. В частности, стало ли военное направление в работе Академии и научных институтов приоритетным?
Геннадий Красников: Мы в первую очередь занимаемся фундаментальными и поисковыми исследованиями – на этом этапе сложно определить, может ли то или иное исследование иметь гражданское применение или же использоваться в оборонной промышленности. Но тем не менее в составе Программы фундаментальных научных исследования появилась так называемая Шестая подпрограмма – фундаментальные и поисковые исследования для обороны и безопасности страны. Безопасность мы понимаем в широком смысле – это и продовольственный, медицинский, биологический аспекты и кибербезопасность.
Естественно, многие научные направления тесно связаны между собой и играют важную роль. Взять, скажем, медицину. В свое время, в 1944 году была образована Академия медицинских наук – именно по результатам той колоссальной работы, которую проделали медики.
Сейчас нашей медициной очень много сделано для того, чтобы уберечь и восстановить наших бойцов, которые были ранены на поле боя. Там просто колоссальные успехи. Почти 98% раненых восстанавливается. Даже те, кто имеет весьма серьезные повреждения – с ампутацией конечностей, – из них тоже более половины восстанавливается, и люди добровольно опять встают в строй. Развилось целое научно-техническое направление по производству протезов. Да и сама процедура восстановления раненых сократилась по времени: появились высокотехнологичные лекарства, медикаменты, которые позволяют быстрее залечивать раны, восстанавливать определенную регенерацию тканей.
Большая работа идет в частности и по созданию высокотехнологичного оружия, и в области разработки новых материалов, например, для производства современных бронежилетов.
Корр.: Я обратил внимание на Параде Победы, что колесная техника практически вся новой модификации.
Геннадий Красников: Естественно, потому что и военные действия совсем другие. Спецоперация началась в 2022 году – так даже сегодня, в 24-м, используются уже совершенно другие методы войны, а соответственно, и другая военная техника.
Корр.: В чем различия?
Геннадий Красников: Во многом: идет и массовое внедрение беспилотной техники, и новых информационных технологий. Сейчас командир подразделения может с помощью специальных планшетов наблюдать за местом боя и руководить из наблюдательного пункта. При этом он видит каждого бойца, кто где находится, и дает команды по ходу боя.
Корр.: Так было только в фантастических фильмах.
Геннадий Красников: Да, речь о совершенно других военных действиях. Известно, что всегда в такие периоды быстро меняются технологии, появляются новые направления науки и техники. РАН от этого не отстает.
Копья ломали не зря!
Корр.: Теперь о переводе ВАК в систему Академии наук. По этому вопросу и на заседаниях президиума РАН, и на Общих собраниях было "поломано немало копий"! Желанный результат наконец-то достигнут: Президент страны поддержал мнение членов Академии. Что в результате изменится в работе ВАК? Будут ли меняться правила ее работы, предстоит ли переназначение состава?
Геннадий Красников: Перечень поручений Президента предусматривает перевод ВАК под эгиду РАН в несколько этапов. Предстоит работа по усовершенствованию работы Комиссии и, естественно, работы самих экспертных советов. Не исключаю, что изменения коснутся и состава Комиссии.
Председателем ВАК будет один из вице-президентов Академии наук. Ученый секретарь ВАК также будет из членов Академии и по должности будет являться заместителем Ученого секретаря РАН.
Корр.: В ее составе станет больше членов Академии? А представителей министерств и ведомств?
Геннадий Красников: Посмотрим. Это все-таки будет в большей степени прерогатива председателя нового ВАК совместно с Ученым секретарем. Они должны решить, кто и как из действующего состава комиссии работает с точки зрения активности, научного уровня – то есть являются ли они экспертами высшей категории в той области, в которой работают.
Мы, конечно, посмотрим, что нового появилось в правилах защиты диссертационных работ, каковы результаты этих новшеств. Решения будем принимать аккуратно и объективно – с тем, чтобы Академия наук имела возможность активнее участвовать во всех этих процедурах.
Теперь у всех институтов будут равные возможности
Корр.: Проблема ВАК – это одна из проблем, будораживших научную общественность. Вторая – отказ от присваивания институтам различных категорий: от первой до третьей. Судя по распоряжениям президента, категорийность будет отменена. Это обеспечит всем равную возможность в получении необходимого оборудования для работы? Или все-таки будет учитываться важность тематики, то есть, грубо говоря, в какой степени работа этого института нужна и важна для науки и страны. Как и кем будет определяться эта "нужность"?
Геннадий Красников: Вы затронули очень важный вопрос. Но он состоит из двух частей: категорийность – это одна проблема, а определение важности работы институтов – другая. Отмена категорийности действительнo поможет институтам совершенствовать приборную базу. Раньше заявку на конкурс для получения бюджетных ресурсов, необходимых для обновления своей научной приборной базы мог подавать только институт первой категории. Это, конечно, серьезно затрудняло их работу. Больше этого не будет.
Мы договорились с Минобрнауки, что конкурс в декабре прошлого года на закупку научной аппаратуры по старым правилам был последним. Теперь в нем могут принимать участие все институты, которые считают, что им это необходимо. И соответствующая комиссия будет принимать решение об очередности выделения средств.
Корр.: Комиссия из кого будет состоять? Правительственная или академическая?
Геннадий Красников: Комиссия будет совместная. В Академии наук работает комиссия по приборной базе, она совместно с представителями Минобрнауки принимает и будет принимать решение об очередности получения средств.
Институты должны иметь программу своего развития!
Корр.: Вы сказали про две части одного вопроса. Какая вторая?
Геннадий Красников: Да, что касается научного развития института – это отдельный вопрос. Дело в том, что у нас зачастую многие институты не имеют утвержденной программы научного развития. И в то же время мы разрабатываем стратегию развития по каким-то направлениям до 2035, до 2040 года.
Каждый институт в свое время создавался под определенные цели. Именно этим было обусловлено и название института, и тематика, которой он занимался. На определенном этапе это потерялось. Сейчас зачастую название института уже не сильно отражает то, чем он занимается. Это первый тезис.
И второй тезис – у институтов нет утвержденной программы направлений научных исследований на долгосрочный период. Это просто необходимо, потому что ежегодные госзадания, которые получают институты, укладываются в общее русло стратегии развития. Значит, необходимо проводить и ежегодный или постоянный мониторинг – смотреть, как институт развивается, как он укладывается в стратегию научного развития, которую ему утвердили.
Раньше в Академии наук этим занимались тематические отделения, которые регулярно формировали соответствующие комиссии из ведущих специалистов в той или иной области. Они приезжали на место, внимательно изучали работу института, знакомились с результатами исследований, с тематикой, перспективами, принимали соответствующие решения.
У нас это на определенном этапе исчезло, и сейчас мы это восстанавливаем. В принципе, тот перечень поручений президента РФ, о котором вы упомянули, в том числе говорит и о научно-методическом руководстве работы институтов Академией наук. Причем четко сказано, что это руководство должно распространяться на все институты – независимо от их ведомственной принадлежности.
Именно поэтому мы предусматриваем, что каждый институт должен иметь программу научного развития, а мы будем смотреть, чтобы были охвачены все научные направления. И в соответствии с этой программой будет дано государственное задание – в том числе и на востребованные фундаментальные исследования, которые должны укладываться в стратегию развития института.
Потому что сегодня мы видим, что названия институтов зачастую не совпадают с проводимыми в них исследованиями. Мы видим определенный дисбаланс – есть тематики, которыми занимаются очень многие ученые, а есть целый ряд направлений, где никого просто нет. С такими программами же будет складываться целостная картина работы научных институтов, а также и самой Академии.
Беседовал специальный корреспондент INTERFAX.RU Вячеслав Терехов.Фото: Александр Щербак/ТАСС.Источник: INTERFAX.RU.